— В таком случае я буду рад как-нибудь заглянуть к вам на огонек. Я давно не вращался в обществе воспитанных людей, — вежливо ответил мистер Вильямс.
— Если не возражаете, я пошлю мальчика за вашими вещами. В «Короне на щите» вам будет удобнее, — предложил Кроунингшилд. Так Серый линзмен, не без некоторого сопротивления, позволил цвильникам увлечь себя под крышу директора региональной организации — в то самое место, куда он так стремился попасть.
В течение нескольких последующих дней с новым постояльцем «Короны на щите» обращались в высшей степени предупредительно, но Киннисона такая обходительность ничуть не обманывала. Он знал, что цвильники подвергнут мистера Вильямса не менее тщательной проверке, чем та, которой его некогда подвергли в «Приюте старателей». Иначе и быть не могло: ведь теперь речь шла о безопасности штаба региональной организации цвильников. Сначала он подозревал, что ему незаметно подсыпают тиоиит, но поскольку обретавшиеся в «Короне на щите» боссы региональной организации не носили миниатюрных антитионитовых предохранителей, то значит, и ему такие предохранители не понадобятся.
Однажды вечером, когда он находился в зале, к нему подошла незнакомая девушка, хорошенькая, игривая, молодая, катая между пальцев крохотный комочек какого-то пурпурного порошка. Серый линзмен знал, что это не тионит, но мистер Вильям Вильямс знать не мог.
— Не хотите ли понюхать тионита, мистер Вильямс? — кокетливо предложила она и дунула порошком ему в лицо.
Реакция мистера Вильямса была неожиданной, но мгновенной. Он ловко увернулся от порошка и дал пощечину девушке. И хотя ударил не сильно, девушка отлетела на другой конец зала.
— Что вы себе позволяете? Не забывайте, где вы находитесь, и не распускайте руки! — угрожающе зарычал подскочивший к нему вышибала.
Но теперь линзмена уже ничто не сдерживало, и он вложил в удар всю мощь тренированного тела. Вышибала перелетел через зал и, врезавшись в с гену, замер на полу безжизненной грудой. Точно рассчитанный удар не был смертельным, но вышибала пришел в сознание лишь через несколько часов.
Остальные гости повернулись на шум и замерли. Но мистер Вильямс не бросился бежать и даже не сошел с места. Он по-прежнему стоял, слегка согнув ноги в коленях, и руки его были готовы отразить или нанести любой удар — в зависимости от обстоятельств. Глаза мистера Вильямса были холодны, как железо столь знакомых ему метеоритов.
— Ну, кто еще из вас, вонючих цвильников, вздумает тянуть на меня? — спросил он негромко. Возникла напряженная тишина: словно «цвильник» в том изысканном обществе, которое собиралось в «Короне на щите», было хуже любого самого грязного ругательства. На него существовало абсолютное табу: произносить его не следовало никогда, ни при каких обстоятельствах.
Тем не менее никто из гостей не решился двинуться с места: слишком красноречива была поза мистера Вильямса. Кроме того, наводил на размышления и плащ, накинутый на широкие плечи недавнего старателя: никто не мог поручиться, что под его роскошными, свободно ниспадающими складками не скрывается пара излучателей Де Ляметра, а о том, как молниеносно выхватывает их метеорный старатель и как он стреляет из них, посетители «Короны на щите» были наслышаны.
Глава 18
«КОРОНА НА ЩИТЕ»
Эдмунд Кроунингшилд сидел в своем кабинете далеко не в лучшем настроении: ему во что бы то ни стало требовалось проверить, не является ли бывший метеорный старатель шпионом Галактического Патруля. По сообщениям, полученным с Эвфросайна, Вильямс не был, не мог быть шпионом, и произведенная им, Кроунингшилдом проверка подтвердила правильность подобного вывода. Теперь необходимо предпринять что-то неожиданное и либо полностью снять с Вильямса подозрения, либо расстаться с ним. Разумеется, Кроунингшилду как владельцу «Короны на щите» не хотелось терять клиента, имевшего на банковском счету кругленькую сумму и способного без малейших колебаний тратить любые деньги на спиртное и бентлам! Но почему проклятый мистер Вильямс таскает с собой неподъемный кофр из индурита с замком, настолько хитроумным, что лучшие специалисты не смогли с ним справиться!
— Входите! — крикнул Кроунингшилд, заслышав стук в дверь. — Ах, это ты? Что тебе удалось выяснить?
— Джейнис в порядке, босс. Он ее особенно не задел, просто дал затрещину, ну, она и с катушек! А вот Кловису повезло меньше. Он и сейчас находится без сознания, и доктор говорит, что придет в себя не раньше чем через час. Что за кулак у парня! Доктор говорит, что Кловис выглядит так, будто его огрели по голове обрезком железной трубы.
— Как ты думаешь, этот Вильямс вооружен?
— Должно быть, вооружен. Типичный убийца. Поверьте мне, босс, он бы выстрелил в случае чего не задумываясь. Он бы не стал блефовать, когда в зале было полно наших. Но он положил бы всех, прежде чем мы успели выхватить свои излучатели Де Ляметра.
— Хорошо, ступай. И не пускай ко мне никого, кроме Вильямса.
Нужно ли удивляться, что после такого распоряжения следующим посетителем оказался не кто иной, как мистер Вильямс.
— Вы хотели повидаться со мной, Кроунингшилд, прежде чем я отбуду.
Киннисон был полностью одет, даже плащ накинут на плечи, и его индуритовый кофр при нем. Согласно альдебаранским обычаям, это означало, что владелец кофра возмущен до крайности.
— Да, мистер Вильямс. Я хотел принести свои извинения за небольшой инцидент, который произошел в моем заведении, — произнес Кроунингшилд и добавил несколько раздраженным тоном:
— Хотя, должен сказать, что вы чрезмерно резко, чтобы не сказать большего, отреагировали на ребяческую выходку юной леди. Она всего лишь шутила.
— Шутила?! — тон мистера Вильямса был явно недружественным. — Должен заметить вам, сэр, что я отнюдь не считаю тионит шуткой. Я не имею ничего против нитроляба или героина и имею обыкновение время от времени расслабляться с помощью бентлама, но не допущу, чтобы кто-нибудь даже близко подошел ко мне с тионитом. Я решительно возражаю, сэр, и мне плевать, кто предлагает отраву — девушка или мужчина.
— Разумеется, разумеется! Но у нее был не настоящий тионит. Такого мы никогда не допустили бы! И мисс Картер — девушка с безупречной репутацией…
— Откуда я мог знать, что это не тионит? — возразил мистер Вильямс. — Что же касается мисс Картер, то пока женщина ведет себя, как леди, я обращаюсь с ней, как джентльмену надлежит обращаться с леди, но если она ведет себя, как цвильник…
— Прошу вас, мистер Вильямс…
— Тогда я обращаюсь с ней, как подобает обращаться с цвильниками, и все тут!
— Мистер Вильямс! Я был бы очень признателен вам, если бы вы никогда больше не употребляли такое слово…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
